СОДЕРЖАНИЕ

Введение……………………………………………………………………3

Глава 1. Цвет как объект психологического исследования……………..6

1.1. Многообразие представлений о цвете………………………………..6

1.2. Цветовой символизм…………………………………………………..9

1.3. Психофизиологическое и психологическое воздействие цвета

на человека……..…………………………………………………….……11

1.3.1. Воздействие цвета на вегетативную нервную систему……..12

1.3.2. Воздействие цвета на центральную нервную систему……...14

1.4. Характеристики цветового восприятия…………………………….15

1.5. Эмпирические исследования цвета. Цвет в психодиагностике…...17

1.5.1. Цветовые предпочтения……………………………………….17

1.5.2. Цвет и эмоции человека……………………………………….19

1.5.3. Тест цветных пирамид………………………………………...20

1.5.4. Цветовой тест отношений…………………………………….20

1.5.5. Цвет и характер………………………………………………..22

1.6. Психосемантический подход к проблеме цвета……………………25

1.6.1. Цветовая атрибуция……………………………………………27

Глава 2. Эмпирическое исследование особенностей атрибуции качеств (цветовых и вербальных) объекту в контексте индивидуально-типологических характеристик..…………………………………………………………………..30

2.1. Обоснование  исследования…………………………………………30

2.2. Программа исследования………………………………………….…30

2.3. Результаты исследования и их анализ………………………………35

Заключение………………………………………………………………..42

Список использованной литературы и источников…………………….45

Приложение……………………………………………………………….51

ВВЕДЕНИЕ

Многие в детстве развлекались тем, что прикладывали к глазам цветные стеклышки: вот синее стекло — мир становится серьезным, строгим, печальным; желтое — непроизвольно хочется улыбнуться, все кажется праздничным, даже если день пасмурный.

Цвет — явление загадочное, сопровождающее нас повсюду, каждое мгновение, это первое, с чем сталкивается наше зрение при восприятии мира.

Он сообщает образу мира полноту и выразительность. У большинства биологических видов (кроме насекомых), имеющих цветовое зрение, цветовые рецепторы локализованы в центральной области сетчатки, зоне наиболее отчетливого изображения. Прогрессивное усложнение цветового анализатора параллельно развитию ЦНС свидетельствует о важном биологическом значении цветового зрения.

С возникновением человеческой культуры роль цвета только возросла. Краска – это искусственное орудие воссоздания цвета. С истоков культуры человек стремился овладеть способностью цвета влиять на душевное состояние и использовал цвет в целях создания комфортной среды обитания и искусственного воссоздания реальности в изображениях. Наиболее ранние способы использования цвета связаны с его символической функцией - в ритуальной практике. Со временем цвета стали символизировать абстрактные понятия и целые сегменты реальности. Наивысшим достижением в овладении цветом является изобразительное искусство, использующее экспрессивные, импрессивные и символические свойства цвета.

Однако нравится ли человеку какой-либо цвет, что он думает о нем, какие ассоциации он у него вызывает, ни физиологическую, ни, тем более, физическую оптику не интересует, впрочем, как и психологию цветового восприятия. Это не означает, что нет таких наук, для которых подобные вопросы представляли бы интерес. Однако для большинства из них они являются второстепенными (этнография, психология эмоций, цветоведение и т. д.).

Наука, для которой они могут считаться основными, называется психологией цвета. Ее предметом являются взаимосвязи цвета и психики. В сферу ее интересов входят влияние цвета на психическую деятельность человека, объективация посредством цвета психических процессов и состояний, цветовая психодиагностика и т.д.

Актуальность нашего исследования определяется рядом обстоятельств.

Во-первых, цвет как объект атрибуции недостаточно исследован в дисциплинах, непосредственно изучающих его.

Во-вторых, существующие знания о закономерностях формирования цветовых  значений и предпочтений, многообразных связях цветов с эмоциями, ощущениями и восприятие очень несовершенны. На их основании не всегда можно предсказать реакцию конкретного субъекта на цветовой оттенок в конкретном контексте.

Основным направлением данной работы является изучение индивидуально-типологических характеристик личности и атрибуции качеств объекту в контексте этих характеристик.

Цель: выявление и анализ особенностей субъективной атрибуции качеств (цветовых и вербальных) объекту в контексте индивидуально-типологических характеристик.

Задачи:

1). Проанализировать литературу по проблеме цвета и цветовой атрибуции.

2). Определить степень изученности данной темы.

3). Изучить теоретические  подходы в восприятии цвета, рассмотрении его как объекта атрибуции.

4). Обобщить эмпирические исследования по источникам, освещающим проблему цветовой атрибуции в психологии.

5). Составить программу исследования цветовой атрибуции, подобрать необходимый инструментарий  для проверки выдвинутой гипотезы.

6). Провести исследование особенностей субъективной атрибуции качеств объекту в контексте индивидуально-типологических характеристик.

7). Проанализировать полученные результаты и сделать выводы.

Гипотеза — люди со схожими индивидуально-типологическими характеристиками однотипно атрибутируют цветовые и вербальные качества объекту.

Объект исследования — субъективная атрибуция качеств (цветовых и вербальных) объекту.

Предмет исследования — субъективная атрибуция качеств (цветовых и вербальных) объекту в контексте индивидуально-типологических характеристик.

ГЛАВА 1. ЦВЕТ КАК ОБЪЕКТ ПСИХОЛОГИЧЕСКОГО

ИССЛЕДОВАНИЯ

1.1 МНОГООБРАЗИЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЙ О ЦВЕТЕ

В качестве объекта исследования цвет представляет собой уникальный феномен, единственный в своем роде. Согласно Гёте, мир представлен нам первоначально в качестве цветовых плоскостей, из которых наш глаз вычленяет формы предметов [12]. Поскольку “свет” в точном смысле слова – это абстрактный теоретический конструкт и, как таковой, не доступен восприятию, то человеческий глаз способен воспринимать только цвета. Таким образом, цвет – это фундаментальный природный феномен, непосредственно доступный нашему зрению [1].

Что касается определения цвета в психологии, то его не существует. Психология пользуется определением, сформулированным физиками, физиологами и оптиками. Среди многообразия суждений о цвете можно выделить, по крайней мере, три точки зрения на цвет и связанные с ними подходы к его изучению. Первая точка зрения принадлежит И. Ньютону. Согласно его мнению, цвета содержатся в свете и являются субъективными знаками различных частот спектра; кроме этих невидимых частот цвету в мире ничто не соответствует. Представления Ньютона о составной природе света не может иметь под собой экспериментального основания. Ее корни лежат в наивной установке наблюдателя, а методологическая слабость заключается в одностороннем и упрощенном рассмотрении “взаимодействия” как “разложения” на элементы. Как в ньютоновской парадигме, так и в использующих ее физиологии, психофизиологии и психофизике, эта гипотеза является предпосылкой теоретических построений (аксиомой), а не результатом опыта [57].

Вторая точка зрения выражена в определении цвета, данном Эвальдом Герингом, по мнению которого уже сам цветовой образ (перцепт) несет в себе достаточно информации для его изучения, поэтому нет необходимости в ньютоновских гипотезах о возникновении цвета. Здесь избегают суждений о том, чему соответствует цветовой образ в окружающем мире.

Близкая к предыдущей точка зрения принадлежит позитивистски ориентированным исследователям, дающим определение цвета через операциональные понятия (“Цвет – это то, что человек называет цветом и на что реагирует, как на цвет”) [26].

Отличие здесь в том, что позитивисты не только избегают высказываний о естественной причине цветовых образов, но и вообще научной истиной считают только утверждения, проверяемые экспериментальными процедурами, что ограничивает проникновение в мир переживаний, связанных с восприятием цвета [20].

Третья точка зрения рассматривает цвет как самостоятельную психологическую категорию и, основываясь на фактах поведенческих, физиологических и психологических реакций человека на цвета, требует относить цвет к явлениям объективной реальности. Но, как и в двух предыдущих случаях, определенного ответа на вопрос, чему соответствует цветовой образ в окружающем мире, здесь не дается [57].

Таким образом, две первые точки зрения на цвет (Ньютон и Геринг) однозначно онтологизируют его как феномен субъективного мира (мира ощущений или образов); третья, атрибутируя его реальному миру, не дает ответа на вопрос о происхождении цвета. Хотя ни один из рассмотренных подходов не вмещает в себя всех аспектов феномена цвета, наиболее последовательным, т. е. стремящимся объединить следствие и причину, является естественно-научный (ньютоновский) [57].

В настоящее время цвет почти утратил свои магические, ритуальные функции. Когда-то цвета считались чуть ли не божествами, но объективная наука доказала, что цвет — лишь субъективное ощущение, возникающее при воздействии на зрительный анализатор электромагнитной волны определенной длины [29]. Оно объективно зависит от характеристик преломления, отражения и поглощения световых волн тех сред и поверхностей предметов, которые находятся между источником излучения и глазом человека, а также в поле его зрения [23].

Субъективно человек может не ощущать цвета (цветовая слепота), либо воспринимать их искаженно (дальтонизм). Объективные аспекты цветового зрения изучаются физической оптикой, субъективные — психологией цветового восприятия [30]. Нас, прежде всего, интересуют именно субъективные  аспекты.

Ни один из рассмотренных подходов не может полностью удовлетворить запросы психологии цвета. Наиболее близки ей определение Э. Геринга (хотя оно ограничивается только психической составляющей) и попытки рассмотреть цвет как присущий действительности (третий подход).

Основываясь на этих подходах, П. В. Яньшин обобщил представления о цвете и предложил свое определение цвета.

Цвет, как совокупность оттенков, представляет собой устойчивую структуру, соотнесенную с эмоционально-личностными особенностями человека.

Цвет является самостоятельной системой ориентации в действительности, независимой от предметной, причем такой системой, которая способна осуществлять комплексное изменение функционального состояния индивида, минуя сознание, а также точно сигнализировать об этом изменении [63].

Цвет способен закономерно выражать эмоциональное (личностно-смысловое) отношение субъекта к значимому другому и самому себе. В цвете происходит визуализация эмоционального отношения [11]. 

Свойство цвета модифицировать наше душевное состояние и сигнализировать об этом изменении имеет оборотную сторону. Если мы обозначаем кого-то (или себя) с помощью цвета, мы сообщаем этим, какое душевное состояние вызывает у нас этот объект. Наше состояние осознается как отношение и символизируется в этом цвете. На неосознаваемом уровне цвет есть символ воздействия на человека [8]. 

В ходе культурно-исторического развития человек научился использовать это свойство цветов в качестве внешнего (и внутреннего) орудия произвольной регуляции своего физиологического и психологического состояния. С другой стороны, психологическое состояние закономерно модифицирует колорит воспринимаемого образа (колорит картины мира).

Цветовой образ (колорит) является аналогом высказывания, т.е. допускает закономерную "проекцию" содержания в категориальную систему развитых форм значений, в том числе вербальных [33]. 

1.2 ЦВЕТОВОЙ СИМВОЛИЗМ

Одной из центральных при изучении взаимосвязей между цветом и психикой является проблема цветового символизма. Происхождение цветового символа, его содержание, отношение к тем или иным явлениям и событиям в жизни людей, межкультурные различия в цветовой символике — вот одни из главных вопросов этой проблемы [34].

Количество цветовых символов достаточно ограничено. Наиболее часто в этом качестве используются «основные цвета», к которым обычно относят белый, черный, красный, синий, зеленый, желтый и фиолетовый. Этот список может меняться в зависимости от конкретной культуры. Попытки ввести жесткие критерии, позволяющие отнести тот или иной цвет к «основным», либо нет, не увенчались успехом. Содержание понятия «основной цвет» далеко не однозначно [53].

Можно выделить три основных типа цветовой символики. Цвет сам по себе (т. е. изолированно от других цветов и форм) представляет собой первый тип цветового символа, отличающийся многозначностью и противоречивостью. Вторым типом цветового символа является цветовое сочетание, содержащее два и большее число цветов, составляющих символическое целое, смысл которого не сводится к сумме значений отдельно взятых цветов. Соединение цвета и формы представляет собой третий тип цветового символа — символика цветных форм, причем, как абстрактных геометрических фигур (круг, квадрат, треугольник), так и конкретных физических предметов, например, символика драгоценных камней [53].

Кроме наглядно-чувственных, визуальных форм цветового символа, существуют и языковые, речевые — «цветовые метафоры». Они широко используются в бытовой и литературной речи, и стали неотъемлемым компонентом современных языков, причем, многие из них возникли сравнительно недавно (например, «синий чулок») [5].

Цветовая символика имеет древнейшее происхождение, возникнув в те времена, когда человек научился добывать, и использовать природные краски. С тех пор цветовой символизм прошел большой путь. Традиции цветовой символики сейчас, во многом, утеряны.

С момента своего возникновения цветовой символизм самым тесным образом был связан с магией и религией. Цвет рассматривался как атрибут магических, сакральных, божественных сил, а в определенных случаях и как само божество. Само деление магии на «белую» и «черную» свидетельствует о важнейшей роли цвета в магических ритуалах [25].

Роль цвета в религиозном сознании людей, особенно древних, трудно переоценить. Как показывают археологические, исторические и этнографические исследования мистические представления человека и цветовая символика были тесно взаимосвязаны [47].

На основании данного обзора истории развития содержания и форм цветовых символов можно выделить основные этапы развития цветового символизма.

Первый из них — мифологический, включает в себя цветовую символику первобытных народов, древнего мира и античности (цвет как символ мировых сил, стихий и начал). Второй — «религиозный» (богословский), — от поздней античности до эпохи Возрождения (свет и цвет, как атрибуты божественного). И, наконец, третий — «социально-психологический», Ренессанс — двадцатый век (цветовая символика общественно-политических, социальных и индивидуально-психологических процессов и явлений) [5].

Несмотря на то, что, на протяжении человеческой истории содержание цветовых символов претерпело немалые изменения — менялась их трактовка и отношение к ним, — ядро цветовой символики оставалось неизменным. Речь идет о той части содержания цветового символа, которая остается даже в том случае, когда цвет лишается всех своих внешних, предметных ассоциаций, которые зависят от культурных традиций и опыта. Но и без них цвет не лишается своего «первоначального» смысла и не превращается в ничто [15].

Иными словами, цвет — не «чистая доска», на которую человек волен записать все, что ему вздумается [24]. Цвет вызывает определенные и специфические изменения в психическом мире человека, интерпретация которых порождает то, что мы называем цветовыми ассоциациями и символами, впечатлениями от цвета [48]. Как указывает Л. Н. Миронова: «Никто, никогда не воспринимает цвет без этих и подобных впечатлений... Например, красный цвет вызывает возбуждение, именно он, а не мы сами. Возбужденность — его объективное свойство» [35].

1.3 ПСИХОФИЗИОЛОГИЧЕСКОЕ И ПСИХОЛОГИЧЕСКОЕ

ВОЗДЕЙСТВИЕ ЦВЕТА  НА ЧЕЛОВЕКА

Цвета, с самого рождения окружающие каждого из нас, оказывают на организм, нервную систему и психику человека объективное, непосредственное влияние, настраивая его в унисон с окружающим миром. Однако эта идея о непосредственном воздействии цвета на психику человека, вызывала и вызывает активное неприятие сторонников социокультурного подхода в объяснении генезиса цветовых ассоциаций. Основным в их подходе является утверждение об опосредованности цветового воздействия предметными связями цвета, необязательно представленными в сознании в развернутой форме, но каждый раз актуализирующимися, когда человек наблюдает тот или иной цвет [9]. Тем самым, отношение к цвету определяется культурно-историческими традициями и обычаями.

Не отрицая роли предметных связей цвета в становлении его значений, следует признать, что ведущим фактором в формировании цветовых значений являются, отнюдь, не они, а объективный характер цветового воздействия на человека, как об этом свидетельствуют данные психофизиологических и психологических исследований.

1.3.1 ВОЗДЕЙСТВИЕ ЦВЕТА НА ВЕГЕТАТИВНУЮ

НЕРВНУЮ СИСТЕМУ

Свет и цвет оказывают мощное воздействие на формирование психофизиологического статуса организма человека. Это влияние, в первую очередь, опосредуется деятельностью ВНС, ее симпатического и парасимпатического отделов.

Особые заслуги в данном направлении принадлежат школе известного русского физиолога — С. В. Кравкова. Главным итогом многочисленных экспериментов, посвященных связи цветового зрения с другими органами чувств, было выявление взаимосвязи между цветовым зрением и ВНС, а также гипоталамусом, который, как известно, играет интегрирующую роль в деятельности физиологических и психических функций организма [28].

Результаты экспериментальных работ школы С. В. Кравкова (1935—1951 гг.) показали, что цветовое воздействие приводит к определенным изменениям тонуса ВНС, а в свою очередь, изменение тонуса ВНС оказывает влияние на цветовое зрение [27].

Симпатикотропные раздражители повышают чувствительность к сине-зеленой части спектра, а чувствительность к красно-желтой части у глаза снижается. Особенно показательно в этом плане прямое введение в глаз адреналина. И наоборот, парасимпатикотропные агенты улучшают чувствительность к красному и желтому, а к синему и зеленому — снижают. Снижение (или повышение) чувствительности к цвету означает увеличение (или уменьшение) абсолютного порога различения данного цвета [27].

Подобный характер взаимосвязей цветового восприятия с деятельностью ВНС, позволяет сделать вывод об объективной нужде последней в цветовых раздражителях для своей саморегуляции. Можно сказать, что организм, находящийся в состоянии «борьбы» или «бегства» нуждается в большей степени в цветах сине-зеленой гаммы, чем красно-желтой [29]. В то же время, состояния покоя и восстановления приводят к увеличению потребности в «активных» цветах и снижению — в «пассивных». Это — общая схема взаимосвязи цветового зрения и ВНС.

Так в исследованиях Н. К. Плишко было показано, что для состояния функционального возбуждения нервной системы (НС) характерен более низкий порог (абсолютный) цветоразличения красного цвета в сравнении с зеленым и особенно синим. При функциональном торможении наблюдалось обратное соотношение порогов цветоразличения для данных цветов. Исходя из этого, становится «психофизиологически» понятным ряд «положительных» и «отрицательных» значений цветов [40].

Так синий, и в какой-то мере зеленый, оправдывают свои характеристики, как релаксирующих, успокаивающих, и поэтому особо предпочитаются людьми, испытывающими нужду в расслаблении и отдыхе.

Однако длительное воздействие этих цветов приводит к торможению и даже депрессии, вызывает впечатление чего-то печального и скучного. Красный и желтый как стимулирующие так же оправдывают свои традиционные характеристики цветов «активной стороны».

В этих цветах «заинтересована» НС человека, хорошо отдохнувшего, восстановившего силы, испытывающего потребность в интенсивной деятельности, проявлении своей энергии. Длительное воздействие этих цветов может привести к перевозбуждению, а затем и к защитному торможению НС [41].

Характер взаимосвязи белого и черного с деятельностью ВНС является аналогичным: белый стимулирует эрготропную систему организма, а черный — трофотропную.

Если с утра пасмурно и в природе преобладают свинцово-синие тона, то настроиться на активную работу бывает очень трудно, человек может впасть в пассивное, дремотное состояние и находиться в нем достаточно долго. И наоборот, солнечное утро способствует быстрому переходу от сна к бодрствованию, достижению необходимого уровня активности [39].

1.3.2 ВОЗДЕЙСТВИЕ ЦВЕТА НА ЦЕНТРАЛЬНУЮ

НЕРВНУЮ СИСТЕМУ

То, что цвет оказывает воздействие на деятельность центральной нервной системы является несомненным. Но в отличие от вегетативной нервной системы, на которую цвет оказывает безусловное воздействие, взаимосвязь между цветом и центральной нервной системой (ЦНС) человека представляет более сложную картину.

Если для ВНС цвет — это, прежде всего, кванты энергии, поступающие в организм из внешнего мира, то для ЦНС, цвет, если можно так выразиться, — и квант информации об окружающем мире [10].

Благодаря определенным отделам ЦНС, у человека формируются цветовые ощущения, а интегративная деятельность ЦНС обеспечивает функционирование цветового восприятия и более сложные формы обработки информации.

Специфические поражения центральной нервной системы могут привести к потере человеком способности воспринимать цвета частично или полностью, так называемой цветовой агнозии. Различают собственно цветовую агнозию и цветовую слепоту или дефекты цветоощущения. Собственно цветовая агнозия не исключает цветоощущения и правильного различения отдельных цветов. Но больные с цветовой агнозией неспособны, решать задачи по цветовой классификации, предметной отнесенности цвета. Например, они не могут сказать, какой цвет у апельсина, морковки и т. д. Цветовая агнозия имеет центральное происхождение [49].

При цветовой слепоте наблюдается либо тотальное, либо парциальное отсутствие цветоразличения. Таким образом, воздействие цвета на центральную нервную систему, с одной стороны, опосредовано деятельностью ее цветового анализатора, (специфический информационный канал), а с другой — ВНС (неспецифический энергетический канал) [54].

Цвет, как энергия, необходим для поддержания тонуса центральной нервной системы. Известны случаи «цветового голодания», когда при цветовой бедности окружающего пейзажа и обстановки развивались симптомы астенизации. У детей, длительное время проживающих в условиях «цветового голодания», отмечаются даже задержки интеллектуального развития [14].

1.4 ХАРАКТЕРИСТИКИ ЦВЕТОВОГО ВОСПРИЯТИЯ

Большинство исследований в области ощущения и восприятия цвета строятся по модели, по сути своей совпадающей с известной бихевиористской схемой “стимул - реакция”, где в качестве стимула выступает тот или иной цвет, а в качестве реакции фиксируются физиологические изменения в организме и их психологические «корреляты» либо «компоненты» [46].

Потребностно-мотивационные состояния человека определенно влияют не только на скорость и пороги опознания объекта, но и на качественное содержание воспринятого.

Этот подход получил развитие в исследованиях перцептивных стилей, как устойчивых индивидуальных различий в способах организации и переработки информации и приобретаемого опыта [46].

Примером влияния психологического состояния на восприятие цвета служит сообщение Г. Фрилинга и К. Ауэра о больном лихорадкой, воспринимавшем оранжевый цвет не таким ярким, как в здоровом состоянии. Больному этот цвет казался более бледным, как будто он рассматривал его через желто-красный фильтр [52].

Э. Т. Дорофеева [16] отмечала тесную связь между эмоциональным состоянием и особенностями восприятия цвета, не видя здесь противоречий с закономерностями реагирования вегетативной нервной системы: при определенной эмоции усиливается эффект раздражителей, действующих в направлении имеющегося состояния, и ослабляется или даже искажается действие раздражителей, не соответствующих этому состоянию.

Э. Т. Дорофеева предполагала «...повышение чувствительности к красно-желтой части спектра при состояниях положительного оттенка, а при состояниях отрицательного оттенка - к синей» [17]. Она исследовала 470 больных с различными аффективными нарушениями и 50 здоровых испытуемых, определяя разностные пороги к трем основным цветам: красному, зеленому и синему. Главный результат ее исследования представляла «выявленная зависимость между типом сдвига цветочувствительности красного, зеленого и синего порогов между собой и определенным состоянием. Один тип сдвига закономерно менялся на другой при переходе испытуемого из одного состояния в другое» [17].

Другое важное наблюдение состояло в том, что степень сдвига у одних и тех же испытуемых наблюдалась не на высоте их болезненного состояния, а в период смягчения или нарастания аффекта. Иными словами, хотя закономерность выявлена на материале патологии, ее следует рассматривать как признак нормального реагирования [18].

Анализ приведенных ей результатов показывает, что там, где чувствительность к красному наибольшая, налицо преобладание стенических (радость, гневливость), а там, где наименьшая - астенических (тоскливость, страх) эмоций. Там, где наибольшая чувствительность к синему, доминирует отрицательный знак эмоций (тоска, душевный дискомфорт), где наименьшая - положительный (радость, благодушие) [17].

Интерпретация наибольшей чувствительности к зеленому зависит от цвета, к которому чувствительность минимальна, а низкая чувствительность к зеленому связана с повышением внутреннего напряжения (гневливость, раздражительность, душевный дискомфорт). Наиболее определенно интерпретируется красно-синяя пара. Там, где чувствительность к красному наибольшая, а к синему наименьшая, можно увидеть “радостное, солнечное настроение”, а там, где соотношение обратное, - “печаль, тоскливость, грусть” [17; 16].

Исходя из сказанного правомерно заключить, что эмоциональные состояния определенным образом влияют на процесс восприятия цвета, и эти изменения характерны как для определенных цветов, так и для состояний. Особенности восприятия различных цветов связаны не только с психологическими состояниями (эмоциональный фон настроения, работоспособность, активность и т.п.), но и с более устойчивыми личностными характеристиками, которые определяют привычные диспозиции реагирования и поведения субъекта в целом.

1.5 ЭМПИРИЧЕСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ ЦВЕТА.

ЦВЕТ В ПСИХОДИАГНОСТИКЕ

1.5.1 ЦВЕТОВЫЕ ПРЕДПОЧТЕНИЯ

Факторы, определяющие цветовые предпочтения людей, очень многообразны и их большое количество. Часть из них связаны с культурными обычаями и традициями, цветовой символикой, другие с индивидуальными особенностями человека, третьи — с характеристиками цветового раздражителя. Не исключено выделение и другого рода подобных факторов [43].

Так, например, Л. П. Урванцев выделяет пять факторов: утомление и адаптация; размеры цветового образца; принцип аффективного контраста; фон, на котором предъявляется цветовой образец; насыщенность и яркость. Нетрудно заметить, что, по меньшей мере, три из пяти перечисленных факторов связаны с энергетическими свойствами цвета [50].

Эксперимент по установлению связи между предпочтением цветов и индивидуальными особенностями испытуемых в настоящее время характерен для психодиагностики. Правда, его традиционная цель – не исследовать цвет, а по отношению испытуемого к цвету судить о характере и структуре его эмоциональных установок. Основной инструмент в этом — цветовой тест М. Люшера. В полном варианте он представляет собой 73 образца 21 оттенка цветов (пять из них ахроматические), образующих 7 субтестов [31; 32]. В настоящее время наиболее распространен 8-цветовой набор, являющийся одним из его субтестов [45]. В основе теста Люшера лежит убежденность в реальности психологической структуры цвета, определяемой как его объективное значение, остающееся для всех людей неизменным, независимо от эмоционального предпочтения [31].

Авторами цветового теста отношений (ЦТО) Е. Ф. Бажиным и А. М. Эткиндом на основе экспериментальных данных, полученных при изучении эмоционально-личностного значения цветов с помощью методики личностного семантического дифференциала (ЛСД), делается вывод о возможности описания цветов в терминах семантического дифференциала Ч. Осгуда [4; 36].

Каждый цвет (из 8-ми цветового варианта теста М. Люшера) имеет определенное сочетание оценок по факторам силы (Р) и активности (А), по которым его можно дифференцировать. Разброс значений факторов оказался для этого достаточным. В то же время, различия по фактору оценки (Е) были значительно меньшими [3].

Ч. Осгуд, изучая с помощью СД роль цвета в рекламной продукции, эмоциональном воздействии произведений искусства и архитектуры, выявил, что цветовой ряд, составленный на основе оценок цветов по фактору «А», практически, совпадает с последовательностью этих цветов в спектре: наиболее высокие оценки по фактору «А» отмечены у цветов красно-желтой части спектра, а наименьшие — у сине-зеленой. Оценки цветов по фактору «Р» оказались в прямой зависимости с таким параметром цвета как насыщенность [36].

В своем исследовании Б. Базыма также подтвердил ведущую роль факторов «Р» и «А» семантического дифференциала Осгуда в организации семантического пространства цветовых стимулов у здоровых и психически больных испытуемых, а также выявил зависимость между оценками цвета по данным факторам и его предпочитаемостью испытуемыми [6].

Результаты данных экспериментальных работ дают основание считать энергетический аспект цветового воздействия одним из ведущих при формировании цветовых предпочтений. Тем самым, цветовые предпочтения человека могут отражать объективную нужду его центральной нервной системы в энергетическом воздействии цвета.

1.5.2 ЦВЕТ И ЭМОЦИИ ЧЕЛОВЕКА

В «Учении о цвете» И. В. Гете писал: «цвет — продукт света, вызывающий эмоции» [12]. Когда мы говорим: «почернел от горя; покраснел от гнева, позеленел от злости, посерел от страха», то не воспринимаем эти выражения буквально, а интуитивно связываем эмоциональные переживания человека, со способным выразить их цветом [42].

Первым фактом, с которым сталкивается каждый исследователь отношения эмоции — цвет, является то, что оно не носит случайного произвольного характера, эмоции и цвет «сцеплены» между собой на очень глубокой основе. Цвета не являются знаками эмоций, способными ассоциативно вызывать или выражать то или иное чувство, они предстают перед человеком сами, как эмоции, точнее, как объективно воплощенные эмоции [21]. Почему это так?

Л. А. Шварц было выявлено заметное изменение цветовой чувствительности (порогов цветоразличения) в зависимости от эмоционального состояния человека. Положительные эмоции, например, радость, оказались связанными с повышением чувствительности к красному и желтому и с понижением — к синему и зеленому. При переживании отрицательных эмоций наблюдалась обратная картина: чувствительность к синему и зеленому возрастала, а к желтому и красному снижалась [55].

Интересно, что указанные изменения цветовой чувствительности, отмечались не только при актуальном переживании эмоций, но и при воспоминаниях о приятных, либо неприятных событиях.

В. Ф. Петренко и В. В. Кучеренко изучалась возможность диагностирования эмоциональных состояний испытуемых методом цветовых предпочтений (тест Люшера). В целях верификации результатов, эмоциональные состояния вызывались у испытуемых с помощью гипнотического внушения.

Находясь во внушенном состоянии «радости», испытуемые чаще всего предпочитали красный и желтый, а отвергали коричневый и черный. Внушение «чувства вины» вызвало предпочтение серого и синего цвета, а красный и желтый, наоборот, отодвинулись в конец цветового ряда [38].

1.5.3 ТЕСТ ЦВЕТНЫХ ПИРАМИД

Данный тест, созданный в 1952 году Р. Хейсом и Г. Хилтманом на основе работ М. Пфистера (поэтому он может называться еще и тестом Пфистера) не получил столь широкого распространения и известности, как Цветовой тест Люшера [5].

Основным принципом теста, как и в Цветовом тесте Люшера, является констатирование связи между субъективным предпочтением цвета и личностными особенностями человека, в том числе и интеллекта. Процедура теста заключается в оклеивании цветными квадратиками (всего 24 цвета) 3-х или большего числа схем-протоколов пирамид, содержащих 15 пустых квадратов.

Оценка результатов включает подсчет частоты выборов основных тонов, без учета оттенков. По количеству использованных и не задействованных цветов в пирамидах определяется широта сферы эмоционального реагирования испытуемого. По форме пирамиды (характеру оклеивания ее цветами) выносится суждение об интеллектуальных особенностях личности [5].

1.5.4 ЦВЕТОВОЙ ТЕСТ ОТНОШЕНИЙ

ЦТО является клинико-диагностическим методом, предназначенным для изучения эмоциональных компонентов отношений личности [4].

Теоретической основой ЦТО, согласно авторам, являются концепция В. Н. Мясищева структуры отношений человека, идеи Б. Г. Ананьева об образной природе психических структур любого уровня и сложности, а также взгляды А. Н. Леонтьева относительно чувственной ткани сознания [4].

Методической основой Цветового теста отношений является цветоассоциативный эксперимент, базирующийся на гипотезе отражения существенных характеристик невербальных компонентов отношений к значимым другим и к самому себе в цветовых ассоциациях к ним.

Методика оценивается ее авторами как проективная, так как согласно получаемым результатам, позволяет выявлять неосознаваемые компоненты отношений, минуя механизмы психологической защиты.

В качестве стимульного набора в ЦТО используется 8-ми цветовая таблица Цветового теста Люшера [31].

Стандартная процедура проведения Цветового теста отношений состоит из 4-х этапов.

1. Определение лиц, предметов и понятий, играющих в жизни испытуемого существенное значение. В каждом конкретном случае их список может варьировать. Чаще всего, в него входят — «я сам», члены семьи, сотрудники по работе, «прошлое», «настоящее» и «будущее», «болезнь» и «врач», если обследуется больной и т.д.

В принципе, как и в случае «СД» (семантического дифференциала), ограничений для внесения в список элементов оценки тех или иных понятий, кроме их значимости для испытуемого, нет.

2. Этап тестирования. Возможны два его варианта: диагностический и исследовательский. В первом случае, испытуемого просят выбрать (один-два) наиболее подходящие к данному лицу, предмету или понятию цвета. Во втором, — испытуемому необходимо проранжировать все цвета 8-ми цветовой таблицы по степени соответствия, содержащимся в списке лицам, предметам и понятиям.

После завершения цветового ассоциирования, испытуемый ранжирует цвета 8-ми цветовой таблицы согласно стандартной инструкции ЦТЛ. Этап интерпретации результатов. Он основывается на двух процедурах:

А) Проводится сопоставление цветов, ассоциируемых испытуемым с определенными лицами, предметами и понятиями, с их ранговым местом в ряду цветовых предпочтений по Люшеру.

Если цвет, использованный для ассоциирования, занимает первые три места в ранговом ряду цветовых выборов, делается вывод об эмоционально положительном отношении к символизируемому им объекту. Средняя позиция цвета (4-5 места) — нейтральное или равнодушное отношение. Последние три места — негативное, конфликтное отношение.

Б) Интерпретация эмоционально-личностного значения каждой цветовой ассоциации испытуемого, позволяющая судить о содержательных особенностях эмоциональных отношений личности. С этой целью авторами предварительно было проведено изучение эмоционального значения цветов, которое выявило устойчивое и согласованное «ядро». Кроме этого, как отмечают авторы, возможности 4-го этапа могут быть расширены путем привлечения интерпретационной техники ЦТЛ.

С момента опубликования ЦТО с его помощью проведено большое количество исследований, особенно, клинико-психологических. А. М. Эткинд в своей диссертационной работе апробировал ЦТО на таких клинических группах, как больные неврозами, депрессией, алкоголизмом и др. Результаты этих и других работ А. М. Эткинда подробно описаны в учебном пособии по психодиагностике под. редакцией А. А. Бодалева и В. В. Столина [56].

1.5.5 ЦВЕТ И ХАРАКТЕР

Разнообразие теоретико-методических подходов в изучении индивидуальных и типологических особенностей человека значительно затрудняет продуктивное сравнение результатов, полученных при исследовании взаимосвязей между отношением к цвету и характером.

Мы используем понятие «характер» условно — как обозначение устойчивых паттернов внешних (поведенческих) проявлений и их внутренних (психических) условий [44]. Мы не будем дифференцировать понятия темперамент, характер, личность, поскольку в различных психологических школах им дается самая различная трактовка, а также потому, что для нас сейчас не столь важно, какая из перечисленных инстанций оказывает большее влияние на отношение субъекта к цвету, а важно установить, что подобное влияние вообще существует [19].

Одним из немногих общеупотребляемых в психологии понятий, относящихся к сфере характера, является введенное К. Юнгом понятие «экстраверсии — интроверсии», хотя следует признать, что его значение различными психологами трактуется не всегда однозначно. Так Г. Айзенк, создатель известного личностного опросника, понимает экстраверсию — интроверсию как, прежде всего, ряд врожденных психофизиологических свойств человека и соответствующих им характеристик поведения. По данным Айзенка люди, предпочитающие яркие цвета, являются более активными в поведенческих аспектах (экcтравертированными), чем те, кто отдает предпочтение темным оттенкам [5].

Л. П. Урванцев сообщает о наличии зависимости между цветовыми предпочтениями и факторами «экстраверсии» и «нейротизма» по Айзенку. Испытуемые с высокими показателями нейротизма лишь небольшое число цветов оценивают нейтрально. Количество предпочитаемых цветов у интровертов в два раза меньше, чем у экстравертов. Последние чаще выбирают оттенки красного и желтого и реже — синего и зеленого. У интровертов Л. П. Урванцев отмечает противоположную тенденцию [50; 51].

В исследовании И. М. Дашкова и Е. А. Устиненко корреляции между цветовыми предпочтениями (по тесту Люшера) и факторами опросника Айзенка выявлено не было [13].

В ряде работ проводилось сравнение характера цветовых предпочтений испытуемых с показателями 16-ти факторного опросника (16-PF) Р. Кэттелла. В уже упомянутой работе И. М. Дашкова и Е. А. Устиновича [13], по признанию самих авторов, были обнаружены корреляции между цветовыми выборами и факторами 16-PF, которые носят «странный и парадоксальный характер», и не поддающиеся взаимоудовлетворяющей оценке и интерпретации с позиций обоих методов. Наиболее «понятными» оказалось предпочтение серого цвета испытуемыми с высокими оценками по фактору Q («гипертимия-дистимия»).

Связи между цветовыми предпочтениями и факторами 16-PF изучались и А. М. Эткиндом в его диссертационной работе. Автором отмечено большое число достоверных взаимосвязей.

Т. А. Айвазян, В. П. Зайцев, проводя сравнение цветовых предпочтений со шкальными оценками испытуемых по факторам опросников 16-PF и СМОЛ, получили результаты, свидетельствующие, что предпочтение «основных» цветов теста Люшера (синего, зеленого, желтого и красного) коррелирует с активностью, эмоциональной устойчивостью, уверенностью в себе, низкими показателями тревожности и ипохондрической настроенности [5].

Значительно обедняет возможности изучения связей цвета с типическими особенностями личности человека то, что исследователи, как правило, используют лишь один прием определения отношения человека к цвету — метод цветовых предпочтений. Поэтому представляет особый интерес работа И. Г. Беспалько, в которой изучалось соотношение между порогами цветоразличения и соматотипами [7].

Было выявлено, что средние величины цветовых порогов для пикников и астеников резко и достоверно различаются между собой по всему спектру цветов. Цветовые пороги у пикников превышали аналогичные астеников. Причем, эти различия значительно превосходили колебания цветовых порогов, обусловленные изменением эмоционального состояния. У пикников с изменением эмоционального состояния происходило качественное изменение профиля порогов цветоразличения (соотношение порогов красного и синего), а у астеников — количественное.

Автор работы не исключает, что подобные различия между пикниками и астениками могут иметь отношение к предложенной Э. Кречмером структуре эмоциональности у данных соматотипов (диатетическая шкала настроений пикника: от веселья к грусти; психэстезическая — астеника: от повышенной к пониженной чувствительности типа «стекла и дерева») [7].

1.6 ПСИХОСЕМАНТИЧЕСКИЙ ПОДХОД К ПРОБЛЕМЕ ЦВЕТА

Проблема восприятия цвета широко рассматривается в рамках психосемантического подхода, который предполагает отнесение цвета к разряду семантических объектов, а значит, цвет наделяется значением и несет некое психологическое содержание.

Согласно основному закону семантики, знак доступен интерпретации только в соотнесении с некоторым контекстом. Изучение цвета как семантического феномена определяет изучение его в ряде контекстов:

1) как субъект воздействия на человека;

2) как объект восприятия человеком;

3) как объект манипуляции со стороны человека.

Второй тип контекстов:

1) психофизиологический (“Орга­низм”);

2) психосемиотический (механизм и структура “означи­вания”);

3) психосемантический (эмоции и идеи как предметное содержание цветового образа).

Третий тип контекстов:

1) субъект-объектные отношения (цвет как объект отношения: оценки, ассоциирования, шкалирования);

2) субъект-субъектные отношения (цвет как выразитель отношения);

3) аутосубъектные отношения (цвет как выразитель самоотношения).

Наличие у цветов собственных значений подразумевает, что не все в конкретном оттенке доступно зрительному ощущению. В цвете есть нечто, адресованное не только “глазу”, но целостному человеку, что может быть закономерно “интерпретировано” на физиологическом, эмоциональном, интеллектуальном и других контекстах [2].

Различные контексты и позволяют интерпретировать значение конкретных цветов в “терминах” физиологических реакций, эмоциональных состояний, “идей” или моральных категорий [57].

Ранжирование цветов по предпочтению — одна из многих экспериментальных моделей по изучению цветовой семантики.

Значение цвета здесь может быть выяснено только косвенно, поскольку феноменологически опосредовано некими потребностными отношениями между человеком и цветом.

В отношении исследования контекстов интерпретации эта модель вполне приемлема, поскольку для выявления контекстов достаточно установить наличие факта связи между их содержанием и порядком предпочтения цветов [61].

Объектом психосемантики цвета выступает область многообразных взаимодействий цвета с целостным субъектом. Аспектами такого взаимодействия являются:

1) характеристики воздействия цвета на физическое состояние, протекание физиологических и химических процессов в организме;

2) особенности изменения восприятия времени, веса, температуры и прочих параметров окружающей среды под воздействием цвета;

3) влияние цвета на эмоциональное состояние человека;

4) связь между эмоциональным состоянием человека и его отношением к определенным цветам;

5) связи между предпочтением цвета и порогами его восприятия;

6) связи между эмоциональным состоянием и характеристиками цветового восприятия;

7) закономерности ассоциирования цветов;

8) закономерности семантического и многомерного шкалирования цветов;

9) структура цвето-эмоциональных семантических пространств;

10) закономерности проекции цветовых ощущений в контекст других модальностей;

11) закономерности цветовой гетеро- и самоатрибуции [60].

1.6.1 ЦВЕТОВАЯ АТРИБУЦИЯ

Цвет – это неотъемлемый атрибут психического образа, составляющий его чувственную ткань.

Попытка мыслить цвет в ряду психологических категорий приводит к атрибуции его в качестве объективного феномена внешнему миру.

В закономерностях атрибуции цветов исследуются связи цветов с субъективными характеристиками оцениваемого объекта [58; 59].

Одним из способов объективации цвета, возникшего в чьем-либо представлении (того цветового образа, который формируется в плане представления субъекта как форма визуализации эмоционального состояния) может служить сопоставление этого представления (и соответствующего ему эмоционального состояния) с конкретными образцами цветов. В обыденной речи это аналогично выражениям “красна девица”, “светлая личность”, “яркая индивидуальность”, “синий чулок”, “темная личность”, “серая индивидуальность”, “воспринимать вещи в розовом (голубом, мрачном) свете” и т. п. [37]. В экспериментах, проведенных П. В. Яньшиным, это методически решается как атрибуция образу значимого другого или себе самому цветов из набора теста М. Люшера. Результату такой атрибуции П. В. Яньшин дал техническое название “цветовой (авто-) портрет” [62].

Теоретическая гипотеза проведенного им исследования состояла в том, что семантические закономерности, опосредствующие формирование цветового (авто-) портрета совпадают с таковыми для эффекта цветового приписывания.

Целью исследования являлось изучение субъективных коррелятов цветового портрета, под которыми подразумевается специфическое отношение, вкладываемое в определенный цвет. Практической целью исследования являлось воссоздание “словаря” эмоциональных значений цветов для интерпретации Цветового теста отношений (ЦТО) А. Эткинда.

Гипотеза исследования основывалась на том, что каждый цвет в тесте М. Люшера имеет относительно константное коннотативное значение, определенным образом соотносящееся с контекстом его (цвета) использования. В качестве контекста  выступала ситуация гетерооценки, т. е. приписывания “характеру” значимого другого определенного цветового оттенка. Согласно гипотезе, в этом контексте значение конкретного цвета является носителем определенного отношения, специфичного для каждого оттенка [62].

К настоящему моменту имеется единственная попытка воссоздания эмоциональных значений цвета в контексте оценки личности значимого другого. Эта попытка предпринята А. Эткиндом при конструировании Цветового теста отношений. В его эксперименте был использован личностный семантический дифференциал (ЛСД). Информаторы оценивали каждый цвет теста Люшера по шкалам ЛСД, после чего статистически значимые связи между полюсами шкал и цветами рассматривались автором в качестве искомых эмоциональных значений этих цветов [59; 62]. Использованный А. Эткиндом способ получения значений цветов с помощью прямого семантического шкалирования не может быть признан полностью адекватным, а результаты валидными по причине неучета выявленной контекстной специфичности, что могло значимым образом исказить результаты его исследования.

В результате, Яньшиным было показано, что, атрибутируя цвет другому человеку, люди, главным образом, характеризуют собственное эмоциональное состояние, связанное с представлением об этом человеке. Они не относятся к нему, как внешнему “объекту”, не рассматривают его эстетически. Другими словами, они не считают цвет объективной характеристикой оцениваемого человека, что и соответствует субъектной установке восприятия цвета [57].

Гипотеза о сходстве семантических закономерностей при цветовой атрибуции полностью подтвердилась. Как и следует из гипотезы о цветах как о форме представленности в сознании определенных эмоций, цветовой портрет и автопортрет являются формой выражения эмоционального отношения к значимому другому и самому себе, опосредованной относительно устойчивыми эмоциональными значениями конкретных цветов. Из этого следует, что эмоцию правомерно рассматривать как порождающий фактор для цветов-представлений [57; 62].

Эта закономерность подтверждает тезис Ч. А. Измайлова о соотнесенности структуры эмоциональных реакций со сферической моделью цветоразличения [22].

ГЛАВА 2. ЭМПИРИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ ОСОБЕННОСТЕЙ

АТРИБУЦИИ КАЧЕСТВ (ЦВЕТОВЫХ И ВЕРБАЛЬНЫХ)

ОБЪЕКТУ В КОНТЕКСТЕ ИНДИВИДУАЛЬНО-

ТИПОЛОГИЧЕСКИХ ХАРАКТЕРИСТИК

2.1 ОБОСНОВАНИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ

Данные, полученные нами в процессе теоретического анализа проблемы, позволили сформулировать цель и гипотезу исследования.

Гипотеза: люди со схожими индивидуально-типологическими характеристиками однотипно атрибутируют цветовые и вербальные качества объекту.

Цель: выявить и проанализировать особенности субъективной атрибуции качеств (цветовых и вербальных) объекту в контексте индивидуально-типологических характеристик.

Исходя из цели, были поставлены следующие задачи исследования:

1). Подобрать необходимый методический инструментарий исследования.

2). Сформировать выборку.

3). Провести исследование.

4). Обработать полученные результаты.

5). Осуществить анализ результатов исследования.

6). Сделать вывод об особенностях субъективной атрибуции качеств (цветовых и вербальных) объекту в контексте индивидуально-типологических характеристик.

2.2 ПРОГРАММА ИССЛЕДОВАНИЯ

Для изучения поставленной проблемы  была сформирована выборка из студентов 1 курса Каменского филиала Алтайского государственного университета очного отделения математического факультета.

Испытуемые мужского пола в возрасте 17-18 лет. Количество испытуемых — 30 человек.

Эмпирическое исследование проводилось в несколько этапов.

1 этап. Исследование индивидуально-типологических характеристик испытуемых.

Для этого был использован пятифакторный личностный опросник МакКрае — Коста («Большая пятерка»), разработанный американскими психологами Р. МакКрае и П. Коста в 1983-1985 гг. По мнению авторов, выделенных на основе факторного анализа пяти независимых переменных (нейротизм, экстраверсия, открытость опыту, сотрудничество, добросовестность) вполне достаточно для адекватного описания психологического портрета личности.

В русском переводе опросник был адаптирован к условиям русской культуры В. Е. Орлом в соавторстве с А. А. Рукавишниковым и И. Г. Сениным. Известна японская версия «Большой пятерки» 5 PFQ (сост. Хийджиро Теуйн), которая также была переведена и адаптирована в 1999 году к отечественным условиям социальной среды психологами Курганского государственного университета.

Именно эта версия «Большой пятерки» в интерпретации А. Б. Хромова была использована в нашем исследовании.

Этот опросник представляет собой набор из 75 парных, противоположных по своему значению, стимульных высказываний, характеризующих поведение человека.

Стимульный материал имеет пятиступенчатую оценочную шкалу (-2; -1; 0; 1; 2), с помощью которой можно измерять степень выраженности каждого из пяти факторов (экстраверсия — интроверсия; привязанность — обособленность; самоконтроль — импульсивность; эмоциональная неустойчивость — эмоциональная устойчивость; экспрессивность — практичность).

Каждый из основных пяти факторов состоит из пяти первичных факторов, сумма которых и определяет выраженность основного фактора. Минимальное количество набранных баллов по каждому фактору равно 15, максимальное — 75.